[Bleach || What Do You Fight For?]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [Bleach || What Do You Fight For?] » - Общее - » Юмор


Юмор

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

На тему блича

0

2

http://www.youtube.com/watch?v=3fuHx_4gbRk
http://www.youtube.com/watch?v=MzxjyWFFuI8
http://www.youtube.com/watch?v=XmJH3FDzaBA
http://www.youtube.com/watch?v=oIFlJScErR0
http://www.youtube.com/watch?v=2xyPvkmoQHE

0

3

Прекраснийший юмористический фик...афтора не наю...а жаль((

Болезнь капитана Бьякуи (Бессонница в Сэйретее)

С некоторых пор капитаны Сэйретея плохо спали по ночам. Причина этому была проста, как кирпич, и убийственна, как тонна этих самых кирпичей, падающих с 10 этажа. И называлась она вовсе не «десант Менос Гранде», как вы могли подумать, а «Влюбленный Кучики Бьякуя».

Первой его жертвой пал Куротсучи Маюри. В одно прекрасное, солнечное утро Бьякуя отвел его в уголок и деликатнейше поинтересовался - не ставит ли уважаемый капитан Маюри, над ним, недостойным, каких-нибудь таинственных экспериментов, влияющих на работу сознания шинигами? И если ставит, то не будет ли так любезен немедленно их прекратить? В противном случае, в Сэйретее станет меньше еще на одного капитана, что весьма прискорбно…

Услышав такое, Маюри возбудился чрезвычайно, и потребовал от Бьякуи, чтобы тот немедленно дал себя обследовать. Капитан мягко отклонил это предложение. Тогда Куротсучи, нервно поглядывая на лезвие меча у своего горла, попросил хотя бы описать, в чем именно выражается дискомфорт, обуревающий уважаемого капитана. Бьякуя подумал и перечислил симптомы. Маюри возбудился еще больше и спросил уважаемого капитана - точно ли он не хочет пройти обследование в лаборатории, ибо он, Куротсучи Маюри, никогда прежде о таком заболевании не слышал. Бьякуя снова отказался, вежливо поблагодарил за уделенное ему время, и ушел, оставив Маюри в крайне расстроенных чувствах.

Следующей жертвой сакуролюбивого капитана пал лично командующий Ямамото. Ибо именно ему Бьякуя счел нужным объявить, что считает, что больше не подходит для должности капитана.

- Почему же, голубчик? - спросил Ямамото, попивая зеленый чай с чем-то, подозрительно похожим на лимонные дольки.

- Меня… отвлекают эмоции, - объяснил Бьякуя. - которые мне не знакомы и являются очень… странными.

- Это не так уж плохо, голубчик, - добродушно ответил Ямамото. - Молодость, молодость… Эх, было дело, и я тоже…. - он мечтательно посмотрел куда-то в даль, погладил бороду и расплылся в непристойно широкой улыбке. Бьякуя вздрогнул и поспешил откланяться.

Поняв, что со стороны начальства понимания ему не найти, он решил доверить свою проблему медицине. То есть - капитану Унохане. Идя к ней, Бьякуя даже слегка успокоился. И как он сразу не подумал, что то, что он чувствует, скорее всего - болезнь? Может, он заразился от этого сумасшедшего Ичиго Куросаки, а может, от этой похотливой кошки Йоруичи, переобщавшейся с Урахарой Кисуке, от которого всего можно ожидать!

Унохана приняла и выслушала его с обычным спокойствием, однако к концу повествования ее обычно бледное лицо покрыл прелестный румянец, а глаза подозрительно заблестели.

- Ах, капитан Кучики… - медик прижала ладони к щекам и уставилась на него томным взглядом, напомнившим Бьякуе о виденной как-то 200 лет назад корове. - Это так… так глубоко, так прекрасно… так трогательно….

Бьякуя непонимающе уставился на нее. Чего трогательного в том, что он не может нормально функционировать? Воспользовавшись тем, что Унохана упоенно рыдала в платочек, бесстрашный капитан сбежал.

Немного подумав, он решил посоветоваться с капитаном Укитаке - еще одним неофициальным специалистом по болезням. Правда, психического свойства. Капитан Укитаке встретил его настороженно, однако на вежливую просьбу выслушать его - предложил присесть и даже предложил чаю. По мере того, как Кучики-тайчо хладнокровно описывал свою болезнь, брови беловолосого мужчины уползали все выше и выше.

- Э… все понятно, - выдавил он наконец. - Я только не совсем понимаю, какого совета вы ждете.

- Подскажите, как это вылечить. - прямо заявил его посетитель.

Укитаке почему-то покраснел.

- Ну… тут многое зависит от вашего лейтенанта, я думаю… Не поймите меня не правильно, он Вас, конечно, очень уважает, но такое…

- А при чем тут мой лейтенант? - Бьякуя чуть изогнул точеную бровку. Укитаке поморгал.

- Но он же… но Вы же…

- Я так понимаю, что Вы мне ничем помочь не можете. - Капитан со вздохом поднялся. - Сожалею, что оторвал вас от дел. До свидания.

Укитаке поднял бледную лапку, но удержать своего гостя не успел.

- Как бы дел не натворил… - пробормотал он. - Проследить за ним, что ли?

Ушедший от Укитаке Бьякуя тем временем бесцельно плелся по Сэйретею, куда ноги несут. И вынесли они его к небольшому винному магазинчику.

«Истина в вине» - мелькнуло у Бьякуи то ли услышанное, то ли прочитанное где-то изречение.

В магазинчике было прохладно, сумрачно и тихо. А еще там был юный капитан Хитсугая. Оба несказанно удивились, увидев друг друга в подобном месте.

- Кучики-тайчо?

- Хитсугая-тайчо?

Бьякуя поджал губы, увидев в руке мальчика небольшую бутылочку. Конечно, это было не его дело, но…

- В Вашем возрасте пить не рекомендуется, - негромко заметил он.

- Не путайте меня с Кераку. - сумрачно огрызнулся беловолосый мальчишка. - А выпивка вообще для Рангику. Я ей проспорил… А вот Вам-то что тут понадобилось, Бьякуя-тайчо?

- Мне?.. - капитан несколько растерянно оглядел обильно уставленные разнокалиберными бутылочками полки. - Мне что-нибудь выпить, наверное.

- Есть свежее сливовое вино! - подкатился к Бьякуе хозяин лавочки. - Господину завернуть?

Капитан кивнул. Сливовое так сливовое, какой смысл выбирать, если он все равно в этом не разбирается.

- И по какому поводу будете пить, Кучики-тайчо? - поинтересовался Хитсугая довольно язвительно. - С горя или с радости?

Высокий мужчина удивленно посмотрел на него.

- А что, для выпивки обязательно нужен повод?

- Вы лучше спросите капитана Кераку. Он в этом деле большой специалист. - сварливо ответил мальчишка. - Как напиться вусмерть, он вам и расскажет, и покажет, и научит, если приспичит…

Кучики задумался. С одной стороны, вступать в разговоры с Шунсуем ему не очень хотелось, ибо розовый плащ этого типа не внушал доверия. С другой - Бьякуя исповедовал принцип: «Что-то делаешь - делай хорошо», так что, раз уж он собрался напиться, то сделать это нужно по всем правилам. С этой точки зрения, лучшего советчика, чем Кераку не найти.

- Где я могу найти капитана Кераку? - несколько натянуто спросил он у Хитсугаи. Тот вытаращил глаза.

- Вы что, действительно собираетесь напиться, капитан Бьякуя?

Кучики серьезно обдумал вопрос и так же серьезно кивнул.

- Зачем?!

Подул легкий ветерок, принеся с собой несколько темно-розовых лепестков, и на плечи Бьякуи, нежно их обвивая, легла рука появившегося буквально из ниоткуда Кераку.

- Если мужчина хочет выпить… - нараспев произнес он, - не нужно искать причин, ибо у достойного мужа причины всегда достойны…

- Капитан Кьераку, - констатировал Хитсугая.

- О, мальчик наконец-то превращается в мужчину! - Шунсуй подмигнул ему. Хитсугая вспыхнул и нахмурился.

- Выпивка вовсе не признак взросления, если Вы об этом, - сухо заметил он. - Взять хоть бы Вас… - и он с достоинством удалился.

- Какой суровый ребенок, - пожаловался Кераку, уткнувшись подбородком в плечо Бьякуи. - Ну что, решили, наконец, расслабиться, Кучики-тайчо? Это правильно, давно пора… - и капитан не успел опомниться, как Шунсуй повел его в неизвестном направлении, ласково приобнимая за плечи. - Посидим за бутылочкой, обсудим девочек…

- Я болен, - возразил Бьякуя.

Кераку отстранился, слегка поморгал и, на всякий случай, вытер руки об одежду.

- Не похоже, - категорично заявил он.

Кучики задумался. Да так глубоко, что не заметил, что его уже усадили за стол и налили чашечку вина. Опомнившись, бравый капитан выпил предложенное мелкими глоточками.

- И в чем же заключается ваша болезнь, Кучики-тайчо? - вкрадчиво поинтересовался Кераку, подливая вино в опустевшую чашку.

- Я… - капитан снова отпил вина. Оно ему неожиданно понравилось, оказавшись намного вкуснее сакэ. - Даже не знаю. У меня начинает биться сердце и голова кружится, когда я прихожу на службу. Стоит мне только войти в офис и встретиться с моим лейтенантом, как мне хочется петь, летать и плакать. Очень неудобная и странная реакция. Но, стоит мне покинуть офис, как все тут же прекращается. - Бьякуя посмотрел на Кераку, который, в свою очередь, задумчиво изучал его, как невиданную зверюшку. - Я советовался с Уноханой, но, похоже, эта болезнь ей не знакома.

- Хм-ммм… - Кераку как-то странно усмехнулся. - Кто знает, кто знает…

- Вы знаете кого-то, кто мог бы мне помочь? Кто болел такой же болезнью?- Кучики серьезно уставился на Шунсуя, и тот замахал руками.

- Я шучу, Кучики-тайчо! Шучу!

- Жаль. - Темноволосый мужчина допил вино.

- Уфф… - его собутыльник выдохнул и расслабился. - Нельзя все время быть таким серьезным, Кучики-сан!

Бьякуя грустно посмотрел на него и налил себе еще вина.

- Наша работа требует собранности. - сказал он. - Разгильдяйство может плохо кончиться.

- Вы прямо как моя Нанао-тян, - умилился Шунсуи. - Такая же строгая, такая же хорошенькая…

Бьякуя фыркнул, разбрызгивая вино.

- Что-о?!

- Ничего, ничего… - Кераку подпер подбородок рукой и умильно уставился на него. - Давно ведь уже пора, Кучики-тайчо, столько времени прошло… пора забыть и любить снова. Природа берет свое, да…

Бьякуя смахнул со своего белоснежного хаори мелкие винные капли и настороженно посмотрел на капитана Кераку, потом перевел взгляд на небольшую бутылочку с вином и недоуменно покачал головой. И как тот ухитрился так напиться с такой маленькой порции? В любом случае, стоило покинуть Шунсуя побыстрее. Бьякуя понятия не имел, как вести себя с пьяными сослуживцами. Он встал, слегка покачнувшись, решительно кивнул и направился прочь из казарм.

- Куда же Вы, драгоценный! - насмешливо воззвал Кераку, протянув ему вслед руку с пиалой. - Не уважаете Вы меня…

Тут он заметил, что за Бьякуей на почтительном расстоянии следует неумело прячущийся за заборами Укитаке, и посерьезнел.

- Вот непоседа… - пробормотал он, исчезая из-за стола, чтобы появиться прямо перед Укитаке. Тот испуганно отшатнулся, схватившись за сердце.

- А, Шунсуй… - он вздохнул. - Не пугай меня так.

- Думаешь, лучше было бы, если бы тебя Кучики заметил? - Шунсуй нахмурился. - Чего ты за ним по пятам ходишь?

- Ну, ты же видел, в каком он состоянии. - Укитаке вздохнул. - Как бы бед не натворил.

- Не беспокойся, даже если он что-нибудь выкинет - ему же лучше. Хоть на человека станет похож, а не на мороженную рыбу. - Кераку обнял приятеля за плечи, уводя его в противоположном от Бьякуи направлении. - Значит, он и тебе жаловался…?

В глубокой задумчивости многоуважаемый капитан Бьякуя шел, куда ноги несут. И только упершись носом в стену, понял, что, забыв следить за направлением, как бы это помягче сказать… немного заблудился. Но он не успел ни придумать план действий, ни даже огорчиться по поводу своей рассеянности, как стена рядом с ним пошла трещинами и распалась, и в проеме показалась могучая фигура Зараки Кенпачи.

- Ты уверена, что нам надо туда? - сумрачно спросил он у розовой головки, появившейся у него над плечом.

- Уверена! - Ячиру закивала. - Просто тут недавно поставили новую стену!

«Новую стену»? - Бьякуя поджал губы. На его непредвзятый взгляд, эта стена выглядела достаточно старой.

- Бьякусик!!! - к сожалению, Ячиру заметила его, и перебралась на плечо Зараки целиком, глядя на капитана с безмятежным весельем. - Что ты тут делаешь?

Капитан вздохнул. Он уже давно понял, что дожидаться от этой парочки вежливости и соблюдения приличий бесполезно. Что, конечно же, не мешало ему утонченно страдать при виде этих двух.

- Я гуляю, - вежливо ответил он.

- Давай гулять с нами! - предложила Ячиру.

- Гулять с ВАМИ? - Бьякуя покачал головой. - Не думаю, что ломание стен входит в мое представление о прогулке.

- Кенпачик заблудился. - Ячиру надулась. - Он такой нетерпеливый… А тебе надо больше гулять, Бьякусик! Ты такой бледный! Правда, Кенпачик, он бледный? -обратилась она к Зараки. Тот задумчиво оглядел капитана и кивнул.

Бьякуя раздраженно поправил свой шарф.

- Я не могу с вами гулять. Я болен.

- Заразный, что ли? - Зараки окинул его придирчивым взглядом. - Что-то не похоже!

- Бьякусик болен! Бьякусику надо поставить градусник! - Ячиру запрыгала на могучем плече Кенпакчи. - И дать таблетку, много-много таблеток!

- Ага, снотворного со слабительным. - пробормотал Кенпачи. - Говорят, помогает при повышенной стервозности.

- Вы что-то сказали, капитан? - холодно уточнил Бьякуя.

Зараки только широко улыбнулся в ответ, давая понять, что брать свои слова назад не намерен. Кучики вздохнул. Кенпачи в своем репертуаре - отчаянно ищет повод, чтобы с ним подраться. Как ни соблазнительна была мысль сбросить напряжение банкаем, шинигами отбросил ее в сторону как не достойную. Зараки разочарованно вздохнул, поняв, что и на этот раз провокация не увенчалась успехом.

- И чем ты болеешь, Бьякусик? - Ячиру свесилась вниз головой с плеча Зараки, заглянув Бьякуе в лицо. - Ты и правда заразный?

Заразный? Хм, а это мысль. Возможно, именно заразившись от него, остальные капитаны начинали вести себя так странно. Хотя, нет, Маюри и Хитсугая оставались нормальными… Не восприимчивы к неведомой инфекции? Кучики задумчиво посмотрел на стоявшего напротив него мужчину. Пожалуй, это неплохой шанс проверить. Если после общения с ним Зараки начнет вести себя странно - значит, его болезнь заразна, и устойчивы к ней редкие счастливцы…

И Бьякуя в очередной раз принялся излагать симптомы своей болезни.

Кенпакчи некоторое время глядел на него, склонив голову на бок, потом переглянулся с Ячиру и широко ухмыльнулся. Однако, теперь в этой улыбке, кроме обычной «зубастости», присутствовало странное дружелюбие.

- Знакомые симптомчики! - прорычал он.

- Вы уже сталкивались с подобным, капитан? - Бьякуя удивленно уставился на него.

- А как же. У меня Аясегава в отряде!

- Он что, тоже страдает этим недугом?

Зараки посмотрел на него со странной задумчивостью, ему, вообще-то, не свойственной.

- Он-то? Да я бы не сказал, что страдает…

- В любом случае, я могу с ним поговорить? - Бьякуя воспрял духом. - Может, он знает, как с этим недугом бороться и поделится рецептом.

- Юмичика-то? Уж он то поделится… - Зараки непонятно хохотнул. - Ладно, капитан Бьякуя, я отведу Вас к Аясегаве, и будет Вам, - он снова хохотнул, - счастье…

Несколько разрушенных стен спустя, они наткнулись на капитана Сой Фон, сманивающую с дерева черную кошку. Очень, по мнению Бьякуи, подозрительную кошку, хотя чем именно она подозрительна - он вряд ли смог бы сформулировать. Сой Фон попыталась спрятать животное за спину, но не успела - кошка взобралась ей на плечо и нагло уставилась на Бьякую.

- Йо, - сказал Зараки дружелюбно. - Развлекаешься?

- В свободное время имею право делать, что хочу, - сумрачно ответила Фон. - А вы, как я вижу, опять заблудились?

- Мы гуляем! - возразила Ячиру.

- Вот я и говорю.

- И мы ведем Бькусика к Юмичике ле-чи-иии-ться! - прощебетала розоволосая малявка.

- Ты хотела сказать - к Унохане-тайчо, - поправила ее Сой Фон.

- А вот и нет! - Ячиру весело закружилось на плече Кенпачи. - К Юмичике, к Юмичике!

- Капитан? - Сой Фон удивленно взглянула на Зараки, а потом на Бьякую. Кенпачи с ухмылкой кивнул, а Кучики только пожал плечами.

- И от чего же Ваш офицер будет его лечить?

Черная кошка на плече Сой Фон тоже заинтересованно насторожила ушки, окинув его внимательным взглядом.

- А он… - Зараки неожиданно нагнулся к уху Сой Фонг и что-то зашептал, изредка громко фыркая. Бьякуя не особенно прислушивался, так что до него долетали только обрывки фраз: «у Аясегавы… опыт… а он…»

Сой Фон мило порозовела и посмотрела на Бьякую куда ласковее. Черная кошка у нее на плече фыркнула, как показалось Кучики, издевательски-весело, и встопорщила усики.

- Как я Вас понимаю, капитан… - девушка вздохнула и ласково погладила Бьякую по плечу. - Не отступайте, я верю, у Вас все получится!

Бьякуя посмотрел на нее диковато. Неужели она тоже заразилась? Сой Фон тем временем прижала к себе кошку, потерлась о нее лицом и неожиданно дружески предложила: «А давайте я провожу Вас до казарм, Зараки-тайчо?»

Кучики окончательно убедился в наличии эпидемии, поразившей шинигами Сэйретея: чтобы девочка, обычно готовая откусить уши (вместе с головой) первому встречному, предлагала помощь и поддержку Зараки?

После чего, достойный капитан задумался на тему: «Болезнь, как путь к доброте и терпимости». В конце концов, Сэйретей станет лучшим местом, если Сой Фон не будет смотреть на всех с этим своим плохо замаскированным «я-думаю-под-каким-углом-лучше-перерезать-тебе-горло» выражением лица. Пусть уж остается больной как можно дольше.

- Аясегава!! - рев над ухом заставил его вздрогнуть. Оказывается, он настолько глубоко задумался, что и сам не заметил, как следом за Зараки и Сой Фон дошел до казарм 11 отряда. Откуда-то сверху высунулась чистенькая и умытая мордочка Юмичики.

- Да, капитан? - пропел он.

- Давай сюда. - Зараки махнул рукой. - К тебе тут за консультацией пришли!

- Ах, капитан Сой Фон! Какая честь для меня! - Аясегава выпрыгнул в окно и мгновенно оказался рядом, сложив ладошки. - Чем могу помочь?

- Не ей, дубина, - фыркнул Зараки. - Ему. - Он большим пальцем указал на стоически молчащего Бьякую.

Юмичика, который до этого демонстративно не обращал на сурового капитана внимания, захлопал часто-часто своими длиннющими ресницами. Бьякуя отвел взгляд - цветные перья слишком уж бешено мельтешили перед глазами.

- Зараки-тайчо? - юный лейтенант сделал «щенячьи глазки». - Вы уверены?

- Он говорит, что болен. - В рычании Зараки, как ни странно, угадывались нотки насмешливого ликования. - А ты у нас специалист по ТАКИМ болезням.

- Юмичика, вылечи Бьякусика! - пискнула Ячиру .- А то он такой несчастный!

- Э-эээ… - парень недоверчиво уставился на Кучики-старшего. - И чем же я могу помочь, Бьякуя-тайчо?

Хмурый капитан оглядел его от макушки до пяток не слишком довольным взглядом. С одной стороны, разговаривать об этом… заболевании с Аясегавой не казалось ему хорошей идеей. С другой - он уже рассказал о проблеме куче народу, и никто так и не смог ему помочь.

- Если только ты сталкивался с чем-то похожим, - медленно начал он. - Я был бы благодарен за совет.

И ровным тоном он привычно отбарабанил то, что уже рассказал в этот день всем оставшимся в Сэйритее капитанам. Реакция Юмичики его не слишком удивила -фактически, она почти ничем не отличалась от реакции Уноханы. Юмичка залился румянцем, начал прерывисто дышать, и когда капитан закончил говорить, проникновенно уставился на него увлажнившимися глазами. Бьякуя чуть поджал губы и задался вопросом, не должен ли он начать носить с собой несколько носовых платков или упаковку салфеток для таких вот случаев.

- Я… я всегда знал, что Вы способны на глубокие чувства, Бьякуя-тайчо! - Юмичика всхлипнул. Капитан не стал ничего отвечать, т.к. крутящееся в голове и на языке «Ээээ» не казалось ему подходящим ответом.

- Ты знаешь, как с этим бороться? - мрачно напомнил он.

- О, да, капитан! - Юмичика вспыхнул, и в его глазах появилось довольно странное выражение. - Мы должны как следует над этим поработать. Давайте пройдем в помещение. И… кто-нибудь, принесите нам чаю и сладостей!

Бьякуя нахмурился. Почему-то, он не почувствовал облегчения. Испытываемое им в данный момент чувство больше всего походило на опасение.

«Работа над болезнью», предложенная Юмичикой, была более чем странной.

Во-первых, он должен был, заходя в офис, улыбаться своему лейтенанту.

- Зачем? - с недоумением поинтересовался Бьякуя.

- Это важно, - отрезал Юмичика. - И Ренджи будет приятно. Разве Вы этого не хотите?

Капитан нахмурился. Он не представлял, даже отдаленно, как улыбки лейтенанту помогут в выздоровлении, о чем он самозваного доктора и проинформировал.

- О, поверьте мне, Бьякуя-тайчо, это поможет! Вы сразу это почувствуете! - Аясегава подался вперед, размахивая пирожным. - Я знаю, Вы можете улыбаться! Ведь можете? - он ободряюще улыбнулся ему, как маленькому ребенку.

Бьякуя изогнул губы. Юмичка побледнел и отшатнулся.

- Не так, капитан! Вы ведь хотите сделать Ренджи приятное, а не довести до сердечного приступа?!

Капитан посмотрел на него с очень большим сомнением во взоре. Во-первых, он не был уверен, что у шинигами может быть сердечный приступ, во-вторых…

- Если я захочу сделать Ренджи приятное, я могу просто вынести ему благодарность. - натянуто произнес он. - При чем тут… улыбки?

Юмичика вздохнул.

- Разве ВАМ не нравится, когда он улыбается, глядя на Вас? Разве ВАМ не становится тепло и хорошо от его улыбок? Это важно для… гхм… Вашего выздоровления. Бьякуя-тайчо!

- Он мне не улыбается, - кисло ответил Бьякуя. - Особенно после того, как… - он прикусил язык.

Юмичка, как ни странно, понял, о чем идет речь.

- Возможно, он просто смущен и не знает, как держаться с Вами дальше. - Сочувственно сказал он. - Вот если бы Вы как-то дали ему понять, что не сердитесь на него и хотите более теплых отношений… Ренджи такой застенчивый, ему сложно сделать первый шаг.

Бьякуя удивился. Он знал, что такое застенчивость, но понятия не имел, что эта особенность присуща его лейтенанту.

- Мы об Абарае Ренджи говорим? - на всякий случай уточнил он. - О громкоголосом хаме и нахале?

- Чем толще шкура, тем более нежное и ранимое сердце она скрывает. - наставительно изрек лейтенант. Бьякуя скептически изогнул бровь. Концепция с его точки зрения не выдерживала критики, так как если следовать ей, то Зараки Кенпачи должен иметь самое нежное и ранимое сердце в Сэйретее. Капитан в этом очень сомневался. Юмичика же явно расценил его молчание как согласие.

- Так что, постарайтесь и улыбнитесь, капитан! Медленно, плавно, кончики губ вверх… И побольше нежности во взоре, побольше… И ресницами, ресницами похлопайте, как девица в новой школе!

Неизвестно, что понадобилось в тот день в казармах одиннадцатого отряда капитану Комамуре, но факт остается фактом. Именно в этот момент дверь в комнату раскрылась, и на пороге возник бравый капитан во всеоружии и без соломенного шлема. Лисья морда вошедшего последовательно выразила: изумление, недоумение, шок… Затем покрылась румянцем, видимым даже сквозь рыжую шерстку. Потом он молча закрыл за собой дверь и удалился в неизвестном направлении.

Как стало известно, в полном молчании он покинул казармы и дошел до медчасти, где и потребовал от капитана Уноханы лекарство от зрительных и слуховых галлюцинаций. Должно быть, видение Аясегавы Юмичики, уговаривающего Кучики-старшего уподобиться застенчивой школьнице не нашло места в его картине реального мира.

Юмичика проводил Комамуру несколько озадаченным взглядом и снова обернулся к собеседнику.

- Ах, Бьякуя-тайчо, у вас чудесная улыбка! И почему Вы так редко улыбаетесь?

Капитан перестал улыбаться и мрачно зыркнул на говорившего.

- Ну вот, опять! - Юмичика всплеснул руками. - Ну что это такое… Ладно, перейдем пока к следующему упражнению, а потом повторим пройденное. Так вот, Вы заходите, улыбаетесь, говорите ему: «Доброе утро, Ре-ееенджи, выпьешь со мной по чашечке саке?»

- Он приносит мне чай. - решительно перебил Бьякуя. - И я не собираюсь устраивать пьянки на рабочем месте. Я не Мацумото-фукутайчо!

Юмичка посмотрел на него очень странно.

- Ага, - согласился он. - Вы - не она. Не сомневайтесь, Вас не перепутают. Так. Ладно. На чем мы остановились? Ах да, Вы предлагаете Ренджи выпить с Вами чашечку чая. А потом… Впрочем, пока достаточно. Для начала сделайте хотя бы это.

- Улыбнуться, поздороваться и пригласить на чашку чаю. - повторил Бьякуя. - И все? Я буду здоров?

- Нет, конечно! - Юмичика фыркнул. - Это всего лишь первая ступень на Вашем пути к… в общем, это только начало. Завтра с утра сделайте то, о чем мы договорились, а потом опять приходите ко мне, и мы займемся следующим этапом… экхм, лечения.

- А почему нельзя все сразу? - строптиво спросил капитан, жаждавший выздороветь как можно скорее.

- Ренджи не поймет, если сразу. Да и для Вас, Бьякуя-тайчо, это будет слишком большим потрясением. - С этим загадочным замечанием Юмичика как-то ухитрился выпихнуть его за дверь. Бьякуя озадаченно посмотрел на закрытую перед его носом дверь казармы, пожал плечами и направился домой, мысленно готовясь к завтрашнему утру.

Впервые за несколько ночей он хорошо выспался, так как больше не боялся подступающего утра и был готов дать бой охватившей его неведомой болезни.

Зато…

Не спал капитан Маюри - ворочаясь с боку на бок, он скрипел зубами и думал - кто же такой смелый проводит загадочные эксперименты над Бьякуей и в чем смысл этих опытов?

Не спал командующий Ямамото - глядя на луну, он пил чай с лимонными дольками и вспоминал свои молодые годы, тихо хихикая в бороду.

Не спала капитан Унохана, читая любовный роман из серии «для женщин» и временами представляя на месте героев капитана Бьякую и его лейтенанта.

Не спали Укитаке Джуиширо и Кераку Шунсуй - потому что воодушевленно занимались хентайным яоем.

Не спал и Хитсугая Тоширо - у него болела голова по вине Рангику, угостившей его сакэ.

Не спала Сой Фон, пытаясь соблазнить подозрительную черную кошку, которая, как Вы знаете… но тссс!

Не спал и Комамура Санджин - стоило ему только закрыть глаза, как пред мысленным взором вставал Кучики Бьякуя в сэйлор-фуку и застенчиво хлопал длиннющими ресницами - и это очень смущало.

Не спал Зараки Кенпачи - зевая, он был вынужден выслушивать грандиозные планы Аясегавы и Ячиру по оздоровлению капитана Кучики.

А вот Абарай Ренджи… Абарай Ренджи спал спокойно.

Пока.
Вот уже несколько дней подряд Абарая Ренджи преследовало неотвязное чувство того, что Что-то Было Не Так.

Когда твой капитан, печально известный своей отмороженной невозмутимостью, входя в офис и вздрагивает, случайно встречаясь с тобой взглядом - это удивляет.

Но когда он после этого выскакивает из офиса и убегает в неизвестном направлении (своей поспешностью и томными темными глазами напоминая Ренджи трепетную лань) ... а всю бумажную работу уже который день приходится выполнять ответственному фуку-тайчо... Ситуция начинает нервировать.

К концу недели Ренджи окончательно надоела двойная нагрузка. Но еще больше ему надоели непрестанные раздумья на тему «что же с кем-то происходит и что бы это могло быть».

Поэтому он решил поговорить со своим капитаном по душам. Правда, Ренджи вполне отдавал себе отчет в том, что этот «разговор по душам» может окончится развоплощением его собственной... или даже перерождением обратно в мир Живых. Капитанский банкай внушал Ренджи трепет. Но, по его мнению, дело того стоило.

И вот ранним утром фуку-тайчо шестого отряда Абарай Ренджи притаился за створкой офисной двери. Он поджидал своего капитана, рассчитывая сразу отрезать тому путь к отступлению. Подкараулить и задать прямой откровенный вопрос.

В конце-концов, хороший вице-капитан обязан заботиться о здоровье своего капитана, проявляя такт и душевную чуткость.

Бутылочка саке, по мнению Ренджи, под определение «чуткости» не подходила, поэтому со вздохом была отставлена. Хотя внутреннюю борьбу с собой Абараю- пришлось выдержать.

Когда капитан Кучики вошел в офис, Ренджи выпрыгнул из своей стратегической позиции, захлопывая дверь. И прислонился к ней спиной. Для надежности.

После чего пристально посмотрел на капитана.

Бьякуя слегка попятился, машинально прикоснувшись пальцами к рукояти меча.

- Кучики-тайчо, - Ренджи поперхнулся.

Капитан молчал. Это немного сбивало с толку. Ренджи откашлялся и снова начал с упорством истинного японского камикадзе.

- Кучики-тайчо, я хотел бы знать….эээ… - его голос сорвался.

Бьякуя улыбался.

- Доброе утро, Рее-еенджи, - растягивая гласные, сказал Бьякуя. При этом уголки его губ подрагивали, будто бы в мучительной попытке улыбки. - Выпьешь со мной чашечку чаю? - серьезно добавил он.

Ренджи потряс головой и тайком ущипнул себя за бедро.

Но даже сквозь выступившие на глазах слезы он видел то же самое - Бьякуя улыбался. Ему.

Улыбка немного пугала своей кривизной, но она все-таки действительно была на бледном худом лице.

Рыжий бросил тревожный взгляд за окно - мир все еще стоял на месте, Армагеддона не наблюдалось. Бьякуя все еще улыбался. Хотя еще более натянуто.

Ренджи сглотнул.

- Я пойду приготовлю чай? - робко предложил он. - Эээ… на двоих, да?

Бьякуя с чуть заметным облегчением кивнул, и Ренджи пулей вылетел из кабинета.

Заваривая чай, Ренджи успел немного прийти в себя, и теперь испуганно раздумывал над инцидентом.

Версий было три.

Первая: Бьякую могли похитить и подменить. Значит, это был не Бьякуя.

Вторая: капитан решил его убить, но перед этим зачем-то пригласил выпить чашку чаю. На прощание, возможно?

Третья - Бьякуя свихнулся.

К сожалению, самой убедительной Ренджи показалась все-таки вторая версия. Он совершенно не представлял, кто мог попытаться похитить его капитана и остаться целым, да и свихнувшимся Бьякуя тоже не выглядел.

Так что бедный Ренджи заварил чай, аккуратно поставил чашки на поднос и отправился на чаепитие, как на смертную казнь.

Поставив поднос перед своим капитаном, Ренджи вытянулся по струнке, буравя непосредственное начальство настороженным взглядом.

Как вести себя в случае нападения, Ренджи еще не совсем решил. С одной стороны, жить хотелось. С другой, если Кучики-тайчо решил его убить, значит, есть за что.

- Садись, Ренджи, - Бьякуя бросил на него короткий взгляд из-под ресниц.

Ренджи подскочил, словно его укололи иголкой в мягкое место, и плюхнулся на подушку напротив Кучики, сев по стойке «смирно».

Бьякуя указал взглядом на чашку, и Ренджи, дернувшись, схватил ее двумя руками.

Чаепитие прошло в гробовом молчании. Рыжий пытался не смотреть на Бьякую слишком пристально и сочинял предсмертное хайку. И то и другое получалось плохо.

Наконец, Кучики поставил чашку и слегка кивнул.

- Спасибо, Ренджи. Свободен.

Не веря своему счастью, рыжий подхватил поднос, неуклюже поклонился и выскочил из капитанского кабинета, словно летучая мышь из ада.

Рабочий день Ренджи провел, шарахась по углам и преодолевая желание спрятаться в шкаф. К счастью, Кучики из кабинета выходил всего два раза и на лейтенаната, сползающего при виде его под стол, внимания не обращал.

К вечеру Абараи немного пришел себя и даже смог произнести «До свидания, Кучики-тайчо» без дрожи в голосе и поклониться, не стуча трясущимися коленями. Бьякуя склонил голову на микроскопическую долю градуса и удалился. Ренджи проводил его затравленным взглядом и направился по своим делам.

Вообще-то, ему очень хотелось поговорить с Рукией - о том, какая злокозненная муха укусила ее брата. Но, к сожалению, Рукия ушла на грунт.

Все же остальные вряд ли знали Кучики-тайчо достаточно хорошо, чтобы высказать правдоподобную версию.

Ренджи тоскливо вздохнул и свернул к дому, где жили Иккаку и Юмичика, решив, что хорошая дружеская компания должна помочь ему развеяться.

Однако дружеских посиделок не состоялось - дома был только Иккаку, злой и мрачный.

- Юмичику не видел? - спросил он вместо приветствия.

- Не-а, - Ренджи опустился на травку в тени дерева. -А что?

Иккаку скрипнул зубами.

- Ничего. Знать бы, с кем еще он…- он смолк.

- Сложные у вас отношения, - пробормотал Ренджи.

- Какие есть. - Иккаку угрюмо уставился в пространство. - Его же на все красивое тянет, как ворону!

- А…- Ренджи задумчиво поскреб затылок. - Разве Шухей красивый?

Иккаку пошел красными пятнами, и Ренджи с опозданием вспомнил, что о слухах, будто между Аясегавой и Хисаги что то есть, при нем лучше не упоминать. Да и о самом Хисаги тоже.

Но было уже поздно. Иккаку с кошачьим шипением вылетел за ворота - побежал искать своего ненаглядного Юмичику. Хорошо хоть меч с собой не взял.

Ренджи тяжело вздохнул, нехотя оторвал задницу от земли и потащился следом за ополоумевшим от ревности приятелем. Если Иккаку все-таки найдет Юмичику именно с Хисаги, рядом должна была хоть одна трезвая голова.

Он нагнал Иккаку через два квартала - Мадараме с угрожающим видом что-то шипел в украшенное татуировкой лицо Шухея, а тот отвечал с явным презрением. Но хоть меча не вынимал - уже хорошо...

Абарай с облегчением прислонился к дереву, с интересом наблюдая за сварой. Но через пять минут ему это надоело - Иккаку начал повторяться, а Шухей - терять терпение.

- Эй, парни, может, хватит кошек смешить? - протянул он, постаравшись, чтобы скандалисты его услышали. - Все равно вашего предмета обожания и страстной любви тут нет.

- Это кто предмет обожания? - вспыхнул Хисаги. - Да я…да у меня таких десятки!

Ренджи перекосило при мысли о нескольких десятках Юмичик в Сэйретее. Боги сохраните от такого…

- Вот и иди к своим десяткам, - буркнул Иккаку. - Увижу рядом с Юмичикой - морду набью.

- Он свободный шинигами, яйцеголовый, и может сам выбирать себе партнеров, - едко ответил Хисаги. - Кто знает, может его вкус улучшится?

Мадараме зарычал и схватился за бедро - к счастью, меча при нем не было.

Но, как оказалось, Иккаку это уже не могло остановить.

Взгляд у него стал дикий, и Ренджи начал лихорадочно искать способ остановить назревающую драку.

В конце переулка мелькнул знакомый силуэт.

- А вот и ваш красавчик... Вон туда пошел!

Иккаку в последний раз бросил на Шухея угрожающий взгляд и устремился в указанном Ренджи направлении. Рыжий вздохнул и пошел следом. Как ни странно, туда же пошел и Хисаги.

- Тебе что, так нравится с ним ссориться? - с любопытством спросил Ренджи.

Хисаги фыркнул.

- По чистой случайности мне надо в ту же сторону.

Ренджи покосился на него, но решил не уточнять. В конце концов, совпадения и в самом деле бывают.

- А у вас с Юмичкой что…и правда?

Хисаги нахмурился.

- Я и сам не знаю, что у меня с ним, - отстраненно сказал он.

- Но ты… - Ренджи попытался найти слова поделикатнее, не нашел и бухнул: - Спишь с ним?

- Я хочу большего, - мрачно ответил брюнет.

- Чего?

- А вот это, Абарай, уже не твое дело.

Ренджи только пожал плечами. Ну, не хочет Хисаги рассказывать - не надо. Не хватало только еще вникать в сложности чужой личной жизни. Со своей бы разобраться.

Иккаку они увидели сразу за поворотом. Он стоял,опираясь одной рукой на стену и заглядывая за угол. От его напряженной фигуры исходили почти ощутимые волны ярости.

- Ну что еще…- Ренджи подошел ближе и окаменел, увидев, на ЧТО смотрел Мадараме. За его спиной тихо, потрясенно и зло зашипел Хисаги.

Около кондитерской лавки Юмичка о чем то беседовал с капитаном шестого отряда, ласково улыбаясь и кокетливо взмахивая ресницами. Из лавки вышел хозяин, с поклоном передал Бьякуе бумажный сверток - наверное, сладости. Юмичка перехватил пакет, сунул себе подмышку. Другой рукой он легко подхватил Бьякую под локоть, и они пошли вниз по улице, не прекращая о чем-то тихо разговаривать.

Какой-то странный звук отвлек внимание Ренджи от этой неправдоподобной картины. Он оглянулся - из-под сжатых пальцев Иккаку летели крошки каменной стены. А на самого Мадараме было страшно смотреть.

- Я… его… - он сделал шаг вперед. Ренджи автоматически шагнул ему наперерез, загораживая собой уходящих. Иккаку был в таком состоянии, что вполне мог кинуться на Бьякую с голыми руками… и преуспеть.

Неожиданно на плечо Иккаку легла ладонь Шухея.

- Не здесь. И не сейчас, - удивительно холодным и ровным голосом сказал он. Его взгляд не отрывался от двух фигур в конце улицы. - Пойдем-ка. Похоже, нам есть… что обсудить.

Иккаку скрипнул зубами и тряхнул плечом, сбрасывая руку. Шухей развернулся и, не оглядываясь, направился в противоположную от ушедших сторону. Мадараме в бессильной злости ударил кулаком по стене, развернулся и пошел следом за ним.

- Эй, погоди, - окликнул он Шухея.

Тот не обернулся, но замедлил шаги, ожидая Иккаку. Дальше они пошли вместе. Ренджи с тревогой посмотрел им вслед, отгоняя дурные предчувствия. Кто знает, до чего эти двое могут договориться?

Но кто бы мог подумать… Кучики-тайчо и Аясегава….

Нет, с Аясегавой как раз все понятно. Как правильно сказал Иккаку: «Юмичку тянет на все красивое».

Об этом знали во всех отрядах. Так что его заинтересованность Бьякуей была более чем понятна. Но Кучики-тайчо на что польстился? Неужели на одну только смазливую внешность? Или готовности к ни к чему не обязывающему сексу для капитана оказалось достаточно?

... Если бы он знал раньше, что Бьякуе нужно так мало…

- То что? - с неожиданной злостью спросил себя Ренджи, - И что бы изменилось?

Под пальцами что-то неприятно щелкнуло, и Ренджи машинально посмотрел в направлении звука.. Из-под его собственных пальцев, там, где они соприкасались с углом стены, сыпалось каменное крошево. Такое же, как из-под руки Иккаку.

Заснуть в эту ночь Ренджи так и не смог.

Сидя у окна в компании бутылки сакэ, он методично надирался и думал о своем капитане.

Вряд ли это можно было назвать частью обязанностей лейтенантов... влюбляться в своих капитанов... Не обязанность... скорее, традиция?

Ренджи закусил губу.

И по традиции практически все лейтенанты были влюблены в своих капитанов.

Хорошо, возможно, кроме Нему - как никак, Маюри был ее папашей, хотя… Ренджи передернуло. Нет, лучше не думать на эту тему.

Ну и Мацумото испытывала по отношению к Хитсугае скорее сестринские чувства.

Все-таки, разница в росте - весе - возрасте сказывалась.

Но все остальные…

Момо Хинамори была весьма ярким примером безответной любви к своему капитану. Лейтенанты Джуиширо Укитаке орали о своей любви к нему буквально на каждом углу. Кира Изуру был готов ради беловолосого ублюдка Гина (чтоб ему на небесах икнулось) на все. Нанао бдила за своим капитаном, позволяя тому встречаться с Укитаке, и отшивая всех остальных претенденток и претендентов точно бешеная змея. Зараки и Комамура…гм. Несмотря на дикость идеи, Ренджи бы не стал спорить, что у них нет каких-нибудь тайных поклонников. А уж отношение Сой Фон к ее, хоть и бывшему, капитану Йоруичи ни для кого не было секретом. Обожание и преклонение.

К сожалению, он, Абарай Ренджи, тоже не стал исключением из этого… почти правила.

В капитана шестой дивизии было легко влюбиться.

Красивый: бледность и печальный взгляд фиалковых глаз делала его похожим на зачарованного принца из сказки. А когда на этих щеках вспыхивал редкий неожиданный румянец, Ренджи готов был, как и Кира Изуру, на все.

Ренджи положил подбородок на сцепленные пальцы.

Круглая желтая луна, черная ночь и серебристые силуэты деревьев - готовая декорация к любовной сцене. Но только не для него.

Что там еще про капитана Кучики? Красивый... сильный... вспоминать его банкай было больно. Каждый раз сердце Ренджи сбивалось с ритма, когда он думал о тысяче лепестков, танцующих в воздухе. Жалящие поцелуи стали.

Абараю стало жарко от мысли о тонких, сжатых в узкую полоску губах Бьякуи. Догадывается ли сам капитан о том, насколько чувственно выглядит его банкай?

Зачарованный принц из сказки...

Ренджи влюбился. Глубоко, пылко и безнадежно.

Однако под воздействием капитанской холодности это чувство постепенно трансформировалось в нечто иное. Какая-то гремучая смесь боязливого восхищения, молчаливого уважения и желания хоть как-то, во что бы то ни стало доказать, что он - не хуже.

Но продолжать любить это совершенство, пусть даже издалека, оказалось неожиданно сложно. А после истории с Айзеном к этому клубку эмоций, которые будил в нем Бьякуя, добавилось еще чувство безнадежной печали и стыда. Не за себя - за во-всем-правильного капитана.

В сказках принцы - те, кто появляются, чтобы спасти принцессу от дракона.

- Не получилось из Бьякуи принца, - мрачно подумал Ренджи. - Если бы он хотя бы попытался спасти Рукию, мог бы ходить сейчас героем. А он… а у него… одни правила на уме…

Абараи горестно вздохнул. Вряд ли среди нагромождения правил, которыми руководствовался его капитан, нашлось место для крохотного параграфа, разрешающего чувства.

«Чувства привязанности, например», думал Ренджи, не смея даже мысленно надеяться на что-то большее.

Впрочем, его ранг надежно защищал Абарая от любых «личных» параграфов. Уж что-что, а принципы субординации Кучики Бьякуя ценил больше всего.

И вот теперь он встречается с Юмичикой. Вряд ли для того, чтобы обсудить способы улучшения дисциплины в отряде или рецепты заварки чая.

Ренджи тихо выругался. Его мысли бегали по кругу - над чем бы он ни начинал думать, все время возвращался к этому. Юмичика и Кучики-тайчо. Юмичика и Кучики-тайчо … как ни старался, не мог придумать хоть какие-то причины их встречи, кроме… Перед глазами ярко вспыхнули неприличные картинки. Эти двое, прямо сейчас...

Ренджи отшвырнул бутылку, прикусил губу и уткнулся лбом в колени, издав нечто среднее между стоном и рычанием.

--

На следующее утро в офис Абарай явился непривычно рано. Встречные офицеры шарахались в стороны - Ренджи был похож на старое потрепанное пугало, которое весь год простояло на тыквенном поле, а сегодня решило явиться в расположение шестого отряда.

Одежда Ренджи была в беспорядке, пояс хакама перекручен, складки смяты, волосы в наспех завязанном хвосте спутались, а под глазами залегли глубокие тени. В общем, вид Абарай Ренджи имел помятый, и сгодился бы для иллюстрации тезиса о вреде пьянства.

Он плюхнулся за свой стол, мрачно огляделся, несколько раз моргнул, фокусируя взгляд, и со вздохом придвинул к себе кучу бумаг.

Дверь открылась и закрылась снова. Ренджи понял, что пришел капитан. Ему даже не понадобилось смотреть на входящего - легкие шаги и еле уловимый аромат жасмина он узнал бы даже в толпе.

- Доброе утро, Кучики-тайчо, - не поднимая головы, он встал, отвесил официальный поклон и снова уткнулся в бумаги.

Лицо Ренджи не поднял потому, что не хотел демонстрировать Кучики свою опухшую морду. И еще отчасти из-за нежелания видеть коварного капитана.

Нынешней ночью он принял волевое решение - раз и навсегда разлюбить Бьякую.

К сожалению, принять решение оказалось куда легче, чем претворить его в жизнь. Вот и сейчас, как обычно, стоило Бьякуе оказаться рядом, сердце Ренджи начинало трепетать.

Он опустил голову еще ниже, почти уткнувшись носом в бумаги.

- Доброе утро, Ренджи, - чуть хрипловато сказал Кучики. - Выпьешь со мной чаю?

У лейтенанта отвисла челюсть.

- Как, опять? - вырвалось у него.

Бьякуя посмотрел на него с недоумением.

- Ты не хочешь?

- Хочу! С удовольствием! - Ренджи вскочил и вытянулся по струнке. Бьякуя оторопело оглядел своего лейтенанта с головы до ног - таким он Абарая еще не видел.

- Ренджи, что с тобой? - поинтересовался он.

Под пристальным взглядом рыжая голова поникла.

- Прошу прощения. Больше не повторится.

- Это не ответ, - Бьякуя чуть нахмурился. - Ты... пил?

- Уже после работы, - огрызнулся Абарай. - В свободное время имею право!

- Это нездоровое времяпрепровождение, Ренджи. - Кучики неодобрительно покачал головой. - Ты должен проводить свое свободное время более культурно.

- А? - Ренджи моргнул.

- Хочешь, я дам тебе почитать книгу?

Ренджи в ответ оторопело уставился на него, нарушая все возможные правила и принципы субординации.

- Книгу, - слабо повторил он. - К-к-конечно.

- Хорошо. Сегодня мы вместе пойдем ко мне домой, посмотришь мою библиотеку.

Ренджи дождался, пока дверь в кабинет начальника закроется, и только после этого медленно, точно падающий лист опустился на стул. Последовательно ущипнул себя за бедро, плечо и щеку.

Так, сначала чай, теперь книга. И что потом? Леденец на палочке?

Ренджи с силой потер лицо. Пить хотелось невыносимо. Он поплелся готовить чай, случайно поймал свое отражение в зеркале, ужаснулся. Почти до пупа распахнутое кимоно; мятое лицо, вылезающие из хвоста волосы и унылый взгляд. Предстать в таком виде перед капитаном Кучики! Неудивительно, что тот решил предложить ему книжку. Наверно, что-нибудь высокоморальное о спасении души и здоровом образе жизни. Ну что ж, он сам виноват…Ренджи тяжко вздохнул. Это уже становилось привычным - выставлять себя в глазах капитана последним дураком. Ну и на что он может в таком случае рассчитывать? Да ни на что. Но в порядок себя привести все-таки было нужно - и рыжий свернул к туалетной комнате.

Через полчаса Ренджи был причесан и умыт. Последним штрихом стали выуженные из ящика стола запасные темные очки. Они надежно скрыли покрасневшие от бессонной ночи глаза.

Ренджи покрепче перехватил поднос и постучался в дверь. Конечно, капитан знал, кто это, но, мать их, правила и приличия…

- Заходите, фукутайчо. - Кучики сам открыл дверь, и Ренджи удивленно посмотрел на капитана.

Бьякуя ждал его под дверью, что ли?

Ренджи поставил поднос на стол, и, повинуясь кивку, неловко устроился напротив капитана.

-Угощайся. - Бьякуя кончиками пальцев пододвинул к нему соломенную корзиночку со сладостями.

Ренджи передернуло от воспоминаний о подсмотренной вчера сцене.

- Не любишь сладкое, Ренджи?

- Люблю… - буркнул рыжий и только потом осознал услышанное. Капитан спрашивает, любит ли он сладкое. Леденец на палочке, точно. И конец света в придачу.

Поскольку Бьякуя продолжал выжидательно смотреть на него, Ренджи из вежливости взял что-то, запихал в рот (это оказалось крошечным пирожным с фруктовой начинкой) и принялся сосредоточенно жевать, не поднимая глаз от стола.

Пирожное оказалось неожиданно вкусным, и Ренджи потянулся за следующим. Опомнился он только тогда, когда на дне вазочки сиротливо остался последний кусочек.

Ренджи покраснел и бросил на капитана быстрый взгляд исподлобья. Тот выглядел странно довольным.

- Рад, что тебе понравилось, Ренджи. - Бьякуя улыбнулся, и даже скулы у него слегка порозовели. Парень недоверчиво зажмурился, а когда снова открыл глаза, капитан был бледен, как обычно. Абарай облегченно вздохнул, допил остатки чая и неуклюже поднялся.

- Спасибо, тайчо. - Он поклонился и, пятясь, вышел из кабинета.

Работать не получалось. Ренджи уставился в окно, подперев подбородок рукой, и вместо того, чтобы заниматься текущими делами, пытался анализировать происходящее.

В результате анализа выходило, что:

С его капитаном действительно Что-то-Не-Так.

Но разлюбить его все равно сложно.

Пить надо бросать.

Купить еще пирожных в той лавке.

А Юмичике неплохо бы набить морду.

---

Ветерок шевелил листики, травка зеленела, птички пели - хотя откуда в Сэйретее появлялись птички, никто толком сказать не мог. Должно быть, это были несчастные канарейки, при жизни съеденные котами.

Ренджи плелся за Бьякуей - на шаг позади и чуть сбоку… и… ну, можно сказать, думал. Если хаотические вспышки разнообразных мыслей на разные темы можно назвать мыслительным процессом.

Навстречу им один за другим прошли Укитаке, Кераку, Унохана и Сой-Фон, и все мало того что здоровались с Кучики, но еще и бог знает с чего считали своим долгом с загадочной ласковостью улыбнуться и Абараю. Учитывая его далеко не блестящий внешний вид, это наводило на не совсем радужные мысли.

Впереди возникла знакомая двухголовая фигура.

- Привет, Ренджи! -прогрохотал Зараки.

- Добрый вечер, Зараки-тайчо. Привет, Ячиру. - Ренджи поклонился. Кучики тоже притормозил и сдержанно кивнул.

- Бьякусик, тебе лучше? - заботливо поинтересовалась Ячиру.

«Бьякусик»? Ренджи в шоке уставился на маленькую девочку, потом на капитана, ожидая грома небесного и Сензабонзакуры. Бьякуя, однако, кивнул довольно приветливо.

- Да, значительно. Большое спасибо за помощь.

Зараки хмыкнул.

- Да не за что. Если что, обращайся.

И подмигнул - но почему-то уже не Бьякуе, а ему, Ренджи. Да еще и улыбнулся своей акульей улыбкой. Абарай слегка побледнел и на всякий случай положил руку на рукоять Забимару - обычно с такой радостью его бывший капитан скалился перед хорошей дракой.

-Позаботься о Бьякусике, рыжий Пони! - Ячиру помахала ему ручкой на прощание, и неразлучная парочка исчезла в свежепроделанной дыре в стене.

-И когда наконец эта малявка научится запоминать имена!? - раздраженно пробормотал Ренджи. Потом испуганно покосился на Кучики, но тот продолжал путь с прежней невозмутимостью, похоже, нимало не озабоченный неспособностью Ячиру правильно запомнить его имя.

Хотя, что она там болтала? С чего это Бьякуе должно «Стать лучше»? Он же не выполнял никаких миссий и не был ранен. Он что, заболел?

Спросить его самого? Вряд ли капитану это понравится… И к тому же - вопрос довольно личный, а вмешательство в свою жизнь Кучики-старший не поощрял.

Они почти дошли до ворот дома Бьякуи, когда им навстречу, от ворот, вышли две знакомые фигуры. Мадараме и Шухей, оба с обнаженными мечами и отчаянно-решительными лицами.

Ренджи стало нехорошо - он понял, о чем договорились эти двое еще до того, как они раскрыли рты.

- Кучики Бьякуя, капитан шестого отряда, - срывающимся голосом начал Иккаку. - Мы вызываем тебя сразу или по очереди… на битву!

- С какой целью? - холодно спросил Бьякуя.

- Неважно. Доставай меч и сражайся, если ты не трус!

- Я не сражаюсь из-за чужих прихотей. - Бьякуя обогнул остолбеневшего Иккаку и направился дальше.

- Стой, трус! - бешено заорал Икакку, прыгая на Бьякую с занесенным мечом. Тот молниеносно увернулся - и тогда путь ему преградил Шухей.

- Если ты не хочешь сражаться, значит мы просто зарежем тебя как свинью, - холод его голоса ничем не уступал ледяным интонациям Бьякуи.

Кучики нахмурился и потянул меч из ножен. Иккаку и Шухей переглянулись, и, не сговариваясь, снова бросились в атаку.

- Стойте, идиоты! - завопил опомнившийся Ренджи, кидаясь им наперерез, отбивая своим мечом клинок Шухея и изгибаясь до скрипа в костях, чтобы увернуться от шеста Иккаку. Шест превратился в цеп, больно полоснул по спине и ребрам. Но Ренджи удалось добраться до лысого и повалить его на землю. Шухей не стал кидаться на помощь сообщнику, а продолжил атаковать противника.

- Не надо!!! - заорал Ренджи, не зная, кого, собственно, просит остановиться -рехнувшегося Хисаги или своего капитана, обнажившего меч. Однако атака захлебнулась, так и не начавшись - откуда-то сверху спикировало что-то маленькое, черненькое и мохнатенькое, и мгновение спустя Шухей лежал на земле носом вниз, с завернутыми за спину руками и ногами, а на нем восседала Йоруичи.

Абсолютно голая.

Ренджи покраснел и отвернулся, упершись взглядом в капитанские сандалии.

- Какие пылкие мальчики, - промурлыкала Йоруичи.

А в следующую секунду откуда-то набежала куча народу. Зараки с Ячиру, Сой Фон, Кераку с Укитаке, Унохана-тайчо и Аясегава Юмичика собственной персоной.

Стало невероятно шумно. Все спрашивали, в порядке ли Кучики-тайчо, цел ли Ренджи, и что, во имя неба, произошло?

Громче всех, пожалуй, вопил Юмичика.

- Идиоты, что вам в головы ударило?! - Он подскочил к Ренджи и пнул его в бедро.

- А ну, дай мне с ним поговорить! - повелительно сказал он, указывая на обездвиженного Иккаку.

Ренджи ошарашено сполз с Мадараме.

Шунсуй тем временем деликатно набросил на плечи невесть откуда взявшейся Йоруичи свой розовый плащ.

- Что тут случилось? - спросил он.

- Если бы я не вмешалась, эти двое…- она указала на мрачного Шухея и Мадараме, - собирались покончить с жизнью, напав на Кучики-тайчо. Не знаю, почему.

- А пусть он к нашему Юмичике не ходит! - заорал Иккаку, вырываясь из рук Аясегавы.

- Что-ооо?? - голос пятого офицера приобрел опасно высокие нотки. - Так вы двое….грррр!!! А ну, за мной! - он одной рукой ухватил за шиворот Иккаку, другой - Шухея, и потащил за собой, что-то ворча себе под нос. Удивительно, но оба шинигами не сопротивлялись.

- Не сердитесь на них, Кучики-тайчо. - К Бьякуе подошла Унохана. - Мальчики просто были… немного не в себе.

- Они что, тоже заболели? - поинтересовался Бьякуя.

- Да. Так же, как и вы.

- В таком случае, я не имею к ним претензий.

- Очень хорошо, - Унохана одобрительно кивнула.

- И, Ренджи… - она перевела взгляд на все еще сидящего на земле Абарая. - Ты ранен.

Ренджи выгнулся, подвигал плечами.

- Да просто царапины, - нехотя ответил он.

- Все-таки следовало бы пойди в медчасть, - ласково сказала Унохана.

- В моем доме есть все необходимое для перевязки, - неожиданно сказал Бьякуя. - И это ближе.

- Вот и прекрасно, - возникший рядом Шунсуй подхватил Унохану под руку. - Заодно и поблагодарить своего лейтенанта не забудьте, Кучики-тайчо. Как-никак, он вас защищал.

Ренджи вовсе не был уверен в том, что защищал он именно Бьякую - скорее уж тех двух придурков, но возражать не стал.

Капитаны стали расходиться - Сой Фон буквально прилипла к закутанной в розовый плащ Богине Скорости, Зараки о чем-то тихо беседовал с Уноханой, а Шунсуй сгреб Укитаке в охапку и уволок куда-то в ночь.

- Тебе помочь? - Бьякуя наклонился и протянул руку. Ренджи чуть не подпрыгнул от возмущения. Он, черт побери, не девочка!

Стараясь не морщиться, он поднялся и заковылял к воротам особняка Кучики.

Ренджи думал, что Бьякуя просто пришлет к нему слуг, но никак не предполагал, что тот пожелает заняться его перевязкой лично.

А тот приказал ему раздеться и принялся обрабатывать раны. Сам. И довольно умело.

Хотя "раны" - это, пожалуй, было слишком сильно сказано: длинная полоса содранной кожи на спине и порез на боку. Как Иккаку ухитрился сделать это цепом - этого Ренджи не понимал.

Бьякуя смыл кровь, потом легонько провел кончиками пальцев по царапине.

- Больно? - спросил он тихо.

Ренджи только плечом дернул.

- Заживет как на собаке, - буркнул он. - А вот в одежде теперь дырки штопать… - он поднял куртку, глянув сквозь длинный разрез на огонь в лампе.

Бьякуя промолчал и принялся перебинтовывать его ребра. Ренджи хотел было сказать, что не надо - без бинтов такие раны заживают быстрее, но было так приятно ощущать легкие прикосновение рук капитана, чувствовать его тепло, когда он наклонялся ближе… Поэтому он промолчал.

- Хочешь остаться у меня на ночь, Ренджи? - раздался тихий голос.

Абарай в шоке уставился на капитана.

- Я не такой слабак, чтобы не дойти до дома с двумя царапинами! - сердито ответил он. - И эти два придурка больше тут не появятся.

- Я не об этом…- показалось ему, или Кучики действительно расстроено вздохнул? - Как хочешь.

- Вы мне книгу дать хотели, Кучики-тайчо, -напомнил Ренджи.

- А… да. Хочешь выбрать сам?

Ренджи только пожал плечами. Почему бы и нет? Все равно он не будет ее читать.

За книгой пришлось идти на другой конец дома. Ренджи шел по тихим, пустым коридорам, и думал, что ни за что не согласился бы жить в таком огромном доме. Одна комната, чтоб спать, одна чтобы принимать гостей, кабинет… а зачем остальные?

- Раньше нас было больше, - тихо сказал Бьякуя, и Ренджи с испугом осознал, что последние несколько слов сказал вслух. - А теперь только я… и Рукия.

- А слуги?

- У них свой дом в другом конце сада.

Ренджи еще раз оглядел пустые, освещенные маленькими огоньками ламп коридоры. Он никогда раньше не был внутри дома Кучики, и теперь думал, что вполне мог обойтись и без этого опыта. Здесь словно не было жизни, и, чувствовалось - не было ни смеха, ни радости. Этот дом не был настоящим Домом - просто место, где можно жить. Но куда не хочется возвращаться.

Бьякуя раздвинул седзи и первым вошел в библиотеку, зажигая по пути лампы.

Книг действительно было много. Обычные свитки и западные книги, из сшитых листков и в твердых переплетах. И из этого он должен выбирать? Ну ни фига… Хотя, если выбирать между тем, что может дать ему Кучики…

Он повертел головой, прошел вдоль полок, для вида подержал в руках пару свитков, и, взглядом отыскав на полке самую тоненькую книжку, решительно взял ее.

-Я возьму эту.

- Ты уверен? - Бьякуя с сомнением посмотрел на него, потом на книгу в его руках.

- Да, тайчо! - Ренджи кивнул. Ему хотелось поскорее убраться из этого безжизненного дома. Он боялся, что этот склеп начнет высасывать его рейацу.

- Как хочешь.

Абарай облегченно выдохнул.

- Спасибо, тайчо. Ну… я пойду?

Бьякуя только молча кивнул, не глядя на него.

Только выйдя наконец за ворота, Ренджи прочел название на обложке книги, которую мертвой хваткой сжимал в руке.

«Абиссинские кошки - разведение и содержание».

Ренджи хлопнул себя книгой по лбу.

- Ну я и идиот… - простонал он. - Завтра же верну…

----

К следующему утру Ренджи был чисто вымыт, выбрит, и преисполнен служебного рвения. В общем, образец лейтенанта.

Спрятав за пазуху злополучную книжку, он опрометью бросился в офис.

Однако капитана все не было и не было. И дел тоже было немного. А те, что были - казались оскорбительно незначительными. От скуки Ренджи принялся штудировать книжку.

К обеду он знал об абиссинских кошках почти все, и уже дошел до увлекательной главы о принятии родов, когда в офисе появился Аясегава Юмичика.

- Эй, Ренджи, - тихонько позвал он, просунув в дверь голову. - Выйди на минутку.

В ответ на эту просьбу Ренджи отложил книжку и вышел на внутренний двор. Юмичика переминался с ноги на ногу под деревом, и вид у него был самый несчастный.

- Ренджи, ты как? - спросил Аясегава, робко касаясь того места, где топорщилась заплатка.

- Ничего, пара царапин, - мужественно сказал Абарай.

- А… - Юмичка вздохнул. - А Кучики-тайчо не сердится?

Ренджи удивленно поднял брови.

- Раз он не убил их на месте, то волноваться уже не о чем, - успокоил он приятеля. - Если, конечно, они снова не полезут…

- Не полезут, - Юмичика вспыхнул. -Я им уже все… как следует… объяснил! -он гневно поджал губы, и Ренджи невольно поежился и даже немного посочувствовал Шухею и Мадараме. - Эти два идиота решили, что я сплю с Кучики-тайчо!

- А разве не спишь? - быстро спросил Ренджи.

- И ты туда же! - Юмичика всплеснул руками.

- Вас видели вместе…

- Да, мне уже рассказали, - ядовито перебил Аясегава.- И если бы я спал со всеми, с кем «меня видели вместе», Абарай - меня бы не хватило! Вот всегда так - возьмешься кому-то помочь из лучших побуждений - и неприятностей выше крыши…

Ренджи посмотрел на него недоверчиво.

- Юмичика, ты меня, конечно, извини, но чем ты можешь помочь Кучики-тайчо? Не твоего он полета птица.

- Да знаю, - Юмичика недовольно дернул плечом. - Только в кое-каких вопросах он сущий младенец. Ренджи, он влюбился, и решил, что заболел, представляешь? Даже к Унохане за советом ходил…

У Ренджи застучало сердце - быстро и тяжело, как после долгого бега.

- Кучики-тайчо влюбился? - раздельно повторил он. - Может, ты еще и знаешь, в кого?

- Да почти все знают, - Юмичка фыркнул. - Он же, святая простота, всем капитанам по очереди рассказывал о своих «симптомах». В тебя он втрескался, Абарай.

Ренджи поморгал.

- Почему? - тупо переспросил он.

- А Менос его знает. Сам его и спроси, если хочешь…Грустно это, если подумать.

- Погоди-ка… - Ренджи вцепился в плечи Юмичики. - Ты ему…как ты ему помогал? Советы давал?

- Ну, да…

- На чай меня пригласить советовал? - зловеще спросил рыжий. - И «Ре-еенджиии» назвать?

- Ага…

- Сладостями угостить?

- Ну…

- Домой пригласить на книжки или рыбок посмотреть?!

- Точно…

Ренджи отпустил плечи Юмички и с нехорошим огоньком в глазах потянул из ножен меч.

- Во-первых, Аясегава, я не девочка-школьница, чтоб на такое повестись! А во-вторых, оказывается, это из-за твоих советов я чуть не рехнулся…

Пятый офицер понял, что благодарности от Ренджи не дождаться, взвизгнул и пустился на утек, пока лезвие Забимару не раскрутилось полностью.

Но последняя часть все-таки успела долететь до него и звучно хлопнуть по заду.

Ренджи удовлетворенно вздохнул, спрятал меч назад в ножны и вернулся в офис.

Когда капитан не появился в офисе и к вечеру, Абарай забеспокоился. И пошел не домой, а прямо в поместье Кучики. Тем более, что у него даже предлог был - вернуть эту кошачью книжку. Однако и дома Бьякуи не оказалось.

- Кучики-сама в госпитале, - открывший ворота слуга был явно расстроен. - Разве вы не знали? Из 11 отряда кого-то посылали вам сообщить…

- Нет, - пробормотал Ренджи. -А что случилось?

- Ночью была чрезвычайная ситуация. Холлоу напали на бывших на грунте медиков 4 отряда, и Кучики-сама сам вызвался им помочь…

- Ох ты ж…- Ренджи выругался. Так Юмичика, наверно, это сообщить и приходил? Эх, если бы он остался на ночь, как и предлагал Бьякуя, то тоже мог бы принять участие в бою. Глядишь, и уберег бы капитана…

Все это он уже думал, когда бежал к госпиталю, не разбирая дороги.

-----

Без своего капитанского плаща и кейсенкана Бьякуя выглядел моложе и даже как-то меньше. Приходилось все время напоминать себе, что этот с виду такой хрупкий мужчина гораздо старше, сильнее и опытнее его самого.

Унохана впустила его в палату, но попросила не шуметь, и теперь Ренджи с несчастным видом сидел у двери, зажав ладони коленями, и пялился на спящего Кучики.

Все как и тогда…Хотя нет, тогда Кучики был ранен куда сильнее.

В палате было так тихо, что Ренджи даже стало жутко - уж не умер ли капитан? Он на цыпочках подкрался к кровати и уставился на грудь капитана, пытаясь углядеть вдохи и выдохи, а когда не сумел - с перепугу вцепился в капитанское запястье, отыскивая пульс и напрочь забыв, что даже не знает, где этот самый пульс находится.

- Ренджи… - голос Бьякуи был хотя и слабым, но безмерно удивленным. - Ты что делаешь?!

Абарай прекратил лапать тонкое запястье, но так и остался в полусогнутом положении.

- Пульс ищу, - брякнул он с перепугу, отдергивая руку.

- Удивляешься, что я до сих пор жив? - Бьякуя отвернулся.

- Я рад, что вы живы, капитан! - Ренджи, испугавшись, что капитан его не так понял, снова вцепился в его руку. -Я испугался, что вы умерли…

- Когда шинигами умирает, он распадается на искры, - тихо сказал Бьякуя. -Ледяные, огненные, радужные…смотря какой была его душа. Я бы, наверно, превратился просто в ничто.

- Вовсе нет…- Рыжий нервно потряс головой. Разговор ему не нравился. - Вы могли бы превратиться в цветы сакуры. А я…- Ренджи задумался. Представить свою душу в виде каких то там лепестков-искорок оказалось ему не по силам. - Наверное, на десятки маленьких обезьян? - закончил он. - Ну, в смысле, распался бы….

Кучики невольно улыбнулся.

- Ты лучше живи, Ренджи.

- Тогда и вы тоже, тайчо…

Бьякуя удивленно взглянул на него.

- Тебя это волнует?

- Очень, - признался Абарай, крепче стискивая чужое запястье.

- Почему?

Ренджи нервно покусал губы, прикидывая все за и против. С одной стороны - Бьякуя не в лучшем состоянии. Но с другой - это автоматически исключает Сензабонзакуру и дает дополнительные шансы на выживание. Вряд ли такое повторится в ближайшем будущем - он лично собирался позаботиться о том, чтобы Бьякуя больше не получил ни одной царапинки.

Он наклонился над капитаном и легонько поцеловал - сначала в лоб, потом в удивленно приоткрывшиеся губы.

- Просто поэтому, капитан.

Бьякуя шевельнул губами, провел по ним пальцами, как будто не доверяя своим ощущениям. Потом стремительно ухватил Ренджи за шиворот, притянул к себе, неловко обнимая за шею. От неожиданности тот буквально рухнул аристократа.

Бьякуя молчал и не шевелился, только прерывисто дышал, уткнувшись Ренджи в шею. Хватку он не ослабил.

Ренджи тихо выдохнул и постарался устроиться на постели поудобнее, обнимая худое напряженное тело своего капитана.

Пусть Кучики Бьякуя выздоравливает побыстрее, а уж дальше он позаботится, чтобы советы Юмичики больше не потребовались.
Конец

0

4


0

5

http://cs1491.vkontakte.ru/u19054222/96462591/x_19902528.jpg

0

6

Стёб над эспадой:

Как члены эспады чистят картошку
1. Старк не чистит картошку. Старк спит.
2. Барангар не чистит картошку. Барангар сидит на троне, а картофель целует ему ноги.
3. Халлибел и Нелл запретили чистить картошку. Их припахали есть бананы.
4. Улькиорра вырезает из картошки бюст Айзена-самы.
5. Нойтора засовывает картошку в универсальную картофелечистку - свою дыру пустого.
6.Гриммджо покрывает клубень трехэтажным матом. Картошка чистится сама.
7. Заммари не чистит картофель. Из-за обилия глазков, арранкар нашел в ней родственную душу.
8. Заэль не чистит картошку. Заэль ставит над ней опыты, после чего картошка, с криком "Не ешьте меня!", сбегает из Лас Ночеса.
9. Арониеро использует силу миллиона сожранных пустых. Картошка превращается в пыль.
10. Ямми не чисти картошку. Ямми жрет её сырой и нечищеной.

Итог: Айзен, Гин и Канаме ходят злые и голодные.

0


Вы здесь » [Bleach || What Do You Fight For?] » - Общее - » Юмор


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC